Энергия без границ: архитектура электроэнергетической связанности Центральной Азии

Центральная Азия уже располагает физически связанными энергосистемами, однако потенциал этой связанности используется не полностью. Рост спроса, ускоренный ввод ВИЭ, сетевые ограничения, дефицит резервов и различия в национальных режимах управления повышают требования к надежности и координации. Новый доклад ЕАБР показывает, как превратить существующую физическую связанность в управляемую региональную архитектуру, способную снижать стоимость надежности, расширять торговлю электроэнергией и повышать эффективность использования генерирующих, сетевых и гибких ресурсов.

Доклад продолжает повестку исследования ЕАБР «Энергетика Центральной Азии: модернизация энергетического сектора и энергопереход». По национальным стратегическим планам страны региона заявили ввод не менее 62,8 ГВт новых генерирующих мощностей до 2035 г., включая ВИЭ, гидроэнергетику, тепловую и атомную генерацию. Масштаб будущих вводов означает, что ключевой вопрос смещается от простого наращивания мегаватт к их интеграции: будет ли новая мощность доступна в нужный час, обеспечена топливом или водой и способна выдать электроэнергию через сеть.

Техническая диагностика показывает, что установленная мощность не равна доступной. В час годового максимума нагрузки 10 декабря 2024 г. значительная часть мощности (17%) была ограничена из-за топлива, гидрологии, холодного резерва и технического состояния оборудования. В отдельных контролируемых сечениях фактические перетоки достигали 110-125% от допустимых уровней.

Быстрое развитие ВИЭ усиливает требования к сетям и гибкости.По консервативным оценкам в Узбекистане при вводе порядка 11,4 ГВт ВИЭ к 2028 г. вынужденные ограничения выработки могут вырасти с 2,1 млрд кВт·ч в 2026 г. до 3,5 млрд кВт·ч в 2028 г., то есть примерно до 14,2% всей потенциальной выработки ВИЭ. Это показывает, что дальнейший рост солнечной и ветровой генерации требует синхронных инвестиций в сети, накопители, резервы и региональные механизмы балансирования.

Экономический эффект интеграции в докладе оценивается по 4 каналам: торговому арбитражу, совместному резервированию, снижению ограничений ВИЭ и уменьшению аварийных издержек. В сценарии развитой региональной архитектуры валовой системный эффект оценивается до 640 млн долл. в год, а чистый эффект — до 120 млн долл. в год; в промежуточном сценарии чистый эффект составляет до 450 млн долл. в год.

Особое место занимает гидроэнергетика Кыргызстана и Таджикистана как источник системной гибкости. По оценкам технический потенциал поставок балансирующей энергии может составлять до 0,8 млрд кВт·ч для Кыргызстана и до 1,02 млрд кВт·ч для Таджикистана. При этом доклад подчеркивает, что гидрогибкость должна рассматриваться как измеримый и оплачиваемый системный ресурс, поскольку ее доступность зависит от водности, внутреннего спроса, режима водохранилищ и водохозяйственных обязательств.

Предлагаемая архитектура регионального рынка состоит из 4 последовательных уровней. На первом этапе приоритетом являются коммерческий учет, телеметрия, защищенный обмен данными и правила урегулирования отклонений; далее - расчет NTC/ATC, расширение АРЧМ и WAMS/WACS и запуск пилотного рынка «на сутки вперед»; в долгосрочной перспективе возможны полноценное балансирование в реальном времени, торговля системными услугами и региональная оценка достаточности мощности.

Цифровизация способна повышать полезную пропускную способность и без строительства новых крупных линий. В Казахстане внедрение WACS позволило увеличить допустимую пропускную способность сети примерно на 250 МВт за счет расчета допустимых перетоков в реальном времени. Наряду с физическими усилениями сети такие решения, как АРЧМ, WAMS/WACS, АСКУЭ и защищенные каналы связи, формируют цифровую основу будущей региональной торговли.

Доклад также рассматривает 5 внешних энергетических направлений: Россия и ЕАЭС, CASA-1000, Китай, Транскаспийский зеленый коридор и Туркменистан–Иран. Ключевой вывод состоит в том, что внешние коридоры должны дополнять сильную внутреннюю архитектуру ОЭС ЦА: без развития сетей, цифровой наблюдаемости, резервов и коммерческих механизмов экспортные проекты будут конкурировать за ограниченные внутренние ресурсы.